 |
Самый простой способ понять волю Бога - это оказаться в безвыходном положении. :)
|
Ребенок капризничает, заливается слезами, топает ногами и просит у
матери: "Мама, я хочу луну. Дай мне луну! Пока не дашь мне луну, я не буду
ничего есть". Тогда уставшая от его капризов мать кладет ему в ладошку
зеркальце и говорит: "Посмотри, что у тебя в руке". Ребенок смотрит в
зеркальце и видит в нем отражение луны: "Ой, мама, луна! Погляди, я поймал
луну!"
Как я, должно быть, плакал, как топал ногами, прежде чем Кришна,
устав от моих капризов, вложил мне в руку зеркальце с отражением и сказал:
"Хочешь владеть - владей! Ты просил - так получай в свое владение целый мир,
отразившийся в зеркальце твоего желания. Властвуй над ним, отныне он -
твой!"
В Дурбане, во время Ратха-ятры, кто-то задал мне вопрос: "Зачем Бог
создал иллюзию? Не будь иллюзии, не было бы и проблем". Очередная попытка
изворотливого ума свалить вину за наши страдания на кого-то другого. Но на
самом деле Бог не создал иллюзию. Бог всего лишь вручил нам зеркальце нашего
сознания. Иллюзию создаем мы сами, глядя на отражение и почитая его своим.
|
Как понять природу этого мира и всего происходящего в нем? Как увидеть в этом мире не хаос, не бессмысленное броуновское движение, столпотворение амбиций и желаний, но гармоничный и совершенный замысел творца?
Все видят этот мир по-разному: атмаван манйате джагат. Почему? Потому что каждый, глядя на мир, видит в нем отражение самого себя. Мир – это зеркало, в которое мы смотримся. Обижаться на него или на окружающих нас людей – все равно, что обижаться на самого себя. «Неча на зеркало пенять, коли рожа крива». Тот, кто видит повсюду в мире только зависть и злобу, как правило, не понимают, что мир всего лишь услужливо показывает ему зависть и злобу, которые живут в его собственном сердце.
Рага на санскрите означает «краска, цвет», а также «привязанность, страсть». Мы смотрим на мир сквозь цветное стекло своих привязанностей. Цветное стекло потому и цветное, что пропускает только лучи определенной частоты. Все остальные частоты оно отсекает. Поэтому весь мир для нас окрашен в цвета наших привязанностей. Увидеть мир таким, как он есть, то есть увидеть в нем отражение Бога, может только тот, кто избавился от всех привязанностей.
На самом деле мир – не наше зеркало, но зеркало Бога: са айкшата. Упанишады говорят, что весь мир ожил благодаря тому, что Бог бросил на него Свой взгляд. Пустое и безжизненное зеркало оживает (или как будто оживает) только тогда, когда кто-то бросает на него свой взгляд.
В Шрингара-вате, во Вриндаване поклоняются знаменитой картине: Сам Кришна расчесывает Радхарани, украшая ее волосы цветами жасмина, она же смотрится в зеркало, но видит в нем не себя, а Кришну, стоящего за ее спиной, и любуется она не своей красотой, а красотой Кришны, ибо Он – источник всей красоты. Так и мы глядясь в зеркало этого мира, должны попытаться разглядеть Бога, который, стоя за нашей спиной, тоже смотрится в него.
Весь мир – это лила, игра Бога. Живая, переливающаяся всеми цветами красота Бога отразилась в нем. Но мы, глядя на мир, видим не лилу Бога, а жалкий трагикомический фарс, поставленный выжившим из ума режиссером. Но это в конце. В начале жизни мы по наивности своей полагаем, что сами являемся режиссерами жизни и ее же главным героем, и что нам впервые в истории человечества удастся сыграть славный и увлекательный спектакль со счастливым концом. Но и в том, и в другом случае мы не понимаем истинный смысл происходящего. Вначале мы пытаемся примерить на себя роль главного героя, в конце истерически разыгрываем роль жертвы, но в обоих случаях смысл разыгрывающегося действа проходит мимо нас.
Чтобы увидеть мир как прекрасную игру Бога и понять глубинный смысл всего происходящего, нужно – всего ничего – посмотреть на мир глазами Самого Бога – чистыми глазами, в которых нет жадности, привязанности и корысти. Ибо, что такое игра как не действо, заведомо свободное от корысти? (Олимпийские игры не в счет) На ме партхасти картавйам тришу локешу кинчан / нанаваптам аваптавйам варта эва ча кармани – «Во всех трех мирах нет ничего, что Я обязан делать. Я Сам ничего не хочу и ни в чем не нуждаюсь, и тем не менее я действую» (Гита, 3.22). Когда с наших глаз спадает пелена корысти и желания наслаждаться плодами своего труда, мы увидим мир таким, каким его видит Бог, и стало быть, увидим в нем Самого Бога. Эта способность видеть мир глазами Бога и есть «сознание Кришны».
***
Кришна говорит в Гите: карманй эва ‘дхикарас те ма пхалешу кадачана. «У тебя есть право трудиться, но плоды твоего труда никогда не зависят только от твоей деятельности». Адхикара на санскрите означает «юрисдикция, власть». Кришна подчеркивает, что наша власть или свобода, сфера нашего влияния распространяется только на деятельность как таковую. Мы можем действовать, хорошо или плохо, в соответствии с писаниями или вопреки им. Но наша свобода или власть никогда не распространяется на плоды нашего труда. Иначе говоря, как бы мы ни действовали, никто и никогда не сможет дать нам никаких гарантий. Право давать или не давать нам плоды нашего труда принадлежит не людям, но высшей силе, судьбе, Провидению, материальной природе – как ее ни назови. Беда в том, что современные люди сосредоточены не на деятельности как таковой (из-за хаотического состояния, в котором пребывает наше общество, большая часть людей делает не то, что любит и может делать), но на ее плодах, и не могут смириться с тем, что не имеют права претендовать на плоды.
Вся суть современной западной цивилизации (особенно начиная с Эпохи Просвещения), весь ее пафос сводится к тому, чтобы сделать предсказуемыми плоды нашего труда, чтобы отобрать право давать или не давать нам плоды у материальной природы. «Мы не можем ждать милостей от природы. Взять их у нее – наша задача». Эти слова Мичурина (?) можно поставить эпиграфом (или эпитафией?) ко всей печальной истории нашей богоборческой цивилизации. Одно материальное изобретение за другим должны обеспечить нам контроль над упрямой природой или судьбой, но чем отчаяннее мы бросаемся на борьбу с природой в попытке отобрать у нее принадлежащее ей право, тем смешнее мы выглядим и тем страшнее и непредсказуемей становятся последствия наших действий. Какой-то остроумный человек переделал крылатую фразу Мичурина: «Мы не можем ждать милостей от природы, после того, что мы с ней сделали».
Увы, то, что говорит Кришна – не некая относительная истина, которая была справедлива пять тысяч лет назад, и не имеет никакого отношения к нашему времени. Все, что Он говорит, – это вечный закон. Плоды нашего труда никогда не будут полностью зависеть только от нас. И бессмысленные попытки отменить этот вечный закон, увы, далеко не так безобидны, как может показаться на первый взгляд.
***
Откуда у людей берется ненасытная жадность? Почему им всегда бывает мало, сколько бы денег, женщин или наслаждений они ни имели? Да просто потому, что мы делаем ошибку в первом же действии, по невежеству полагая, что душа может стать счастливой от обладания материей. Никакое количество материи не может насытить жаждущую душу, так же как никакое количество соленой воды не сможет утолить жажду. Сколько бы мы ни пили соленую воду, перепутав ее с пресной, жажда от этого будет становиться только сильнее и сильнее. Так и тот, кто пытается насытить духовную по природе душу материальными наслаждениями, в конце концов умирает посреди этих наслаждений от духовного голода и жажды.
|
* * *
Весь мир гомонит, как базар,
кричит, причитает и плачет,
струнами бряцает и в колокол бьет,
культями трясет, язвы гнойные кажет.
"'Спаси!' 'Помоги!' 'Пожалей!'
'Пролей Свою милость, избавь
навеки от мук и страданий'.
'Дай хлеба, и денег, и зрелищ'.
'Болезни Себе забери'.
'Пошли мне любовь по дешевке'.
'Родных от беды охрани!'
'От сглаза меня сбереги'.
'Удачу! Удачу пошли!'
'Врагов накажи'. 'Дай мне мужа.
И денег послать не забудь'.
'Дай хлеба, и женщин, и зрелищ'".
Весь мир гомонит, как базар.
От воплей его Ты оглох.
Неужто, когда я шепчу,
как школьник, признанья в любви,
сбиваясь, волнуясь, робея,
когда я шепчу впопыхах,
как школьник, признанья в любви,
Ты их по привычке не слышишь?
* * *
Я плакал сегодня от боли
Со словом "плач" рифмуется "палач",
а также может подойти "калач".
Но Бог - один, хоть плачь ты, хоть не плачь.
Он для одних - калач, другим - палач.
И только Он в ночи твой слышит плач.
|
16:07 Пойдемте в город Кришны...
|
Химавати посвящается
Пойдемте в город Кришны
Он даст нам вздохнуть свободно
Расскажем Кришне, через что мы прошли.
Он утолит нашу жажду (желания).
Вручим себя ему.
Ведь Кришна - это море счастья.
Останемся вместе с Кришной.
Ни на шаг не отступим от Его стоп.
Мы - возлюбленные дети Кришны, - так говорит Тука. Святой Тукарам
Пойдемте же в город Кришны.
Там мы сможем дышать свободно.
Он слезы наши осушит
и раны наши залечит.
Пойдемте же в город Кришны.
Мы Ему обо всем расскажем:
«Ты знаешь, как долго шел я,
как путь был тяжек и длинен?
Сколько раз я в пути спотыкался,
сколько раз я падал и плакал.
Сколько гор и лесов дремучих
на дороге моей вставали.
То собаки за мной бежали,
то люди злые гнались…
Сколько раз я хотел развернуться
и в обратный пуститься путь.
Ты не дал мне этого сделать.
То гонцов присылал с доброй вестью:
‘Кришна ждет тебя в Своем доме.
Потерпи, немного осталось’,
Или Сам шептал мне на ухо:
‘Не горюй, пройдет твое горе.
Все пройдет – только Я останусь.
Так куда же ты без Меня?’
Поводырь мой – Святое имя –
вел меня по этой дороге.
Вместе с ним я взбирался на горы
проходил сквозь лесные чащи.
Поводырь мой – Святое имя –
жалоб глупых моих не слушал.
Иногда из походной фляги
утолял мою вечную жажду,
иль к ручью заставлял приникнуть
или раны мои врачевал.
Путь окончился так внезапно.
Город Твой предстал моим взорам.
Я Тебя у ворот увидел
И друзей веселых Твоих.
Я чуть-чуть растерялся сначала:
что мне делать с грязью дорожной?
Но и тут Ты пришел на помощь –
слезы смыли дорожную грязь.
Спасибо за это, Кришна.
Спасибо, что ждал так долго…
Но, скажи, почему дорога,
что ведет к Тебе, так трудна?
Горы зависти, реки злобы,
вожделения темные чащи,
миражи гордыни в пустыне,
непролазные страха рвы…»
Улыбается молча Кришна
и к груди меня прижимает.
И из глаз, как колодец, глубоких
тихо катятся крупные слезы.
Отражается в слезах солнце
Знает Он, что ответ мне известен,
Только сердце в груди Его бьется,
как набат, как набат колокольный.
«Сам придумал ты эти горы,
насадил сам глухие чащи,
вырыл рвы и пустыни создал
лишь бы быть от Меня подальше…»
* * *
Так пойдемте же в город Кришны,
где мы будем играть, как дети,
где мы будем дышать свободно,
где не будет страха и боли.
Пойдемте же в город Кришны,
где мы будем все время с Ним…
Прижмет нас к самому сердцу,
и мы будем смеяться сквозь слезы,
обливаться слезами счастья
на Его широкой груди.
Не ликуй, пройдет твоя радость.
Поводырь мой – Святое имя –
не пускало меня назад.
Вернемся же в город Кришны,
где люди свободно дышат
где солнце доброе светит,
где люди играют, как дети
где ветры теплые дуют
|
Санскритское слово "даршан" означает созерцание. День вайшнава должен начинаться с даршана. В этом ежедневном ритуале кроется глубочайший, далеко не всегда осознаваемый смысл. Иногда, по ошибке или по привычке, мы думаем, что это мы должны созерцать образ Божества в храме. Но приходим мы не для того, чтобы созерцать, а для того, чтобы научиться быть созерцаемым.
"Драшта" и "дришйа" термины философии Веданты. Драшта значит "созерцатель", а дришйа - "созерцаемое". Переводя эти слова на более понятный язык, можно сказать, что драшта олицетворяет активное, мужское начало, дришья - пассивное женское начало. Даршан - это акт их взаимодействия. Согласно философии майявады, в момент само-реализации разница между драштой, дришьей и даршаном, наблюдателем, объектом наблюдения и самим наблюдением, стирается, и они сливаются воедино. Иначе говоря, по мнению имперсоналистов,
мужское и женское начало, сливаясь, должны превратиться в некое стерильное, бесполое, имперсональное, статичное целое, лишенное жизни. Именно поэтому фантасмагорический идеал этой философии приравнивается вайшнавами к духовному самоубийству.
В соответствии с философией вайшнавов, духовная самoреализация заключатся не в стирании грани между драштой и дришьей, субъекта и объекта, и не в искусственном уничтожении акта созерцания, являющегося источником блаженства, а в том, что обусловленная джива-душа отказывается от своих претензий всегда оставаться драштой, созерцателем, или наслаждающимся (бхоктой), а занимает свое естественное положение созерцаемого, или объекта наслаждения (бхогьи). Этот сознательный и добровольный акт отказа от своей ограниченной свободы, акт самопредания, перехода из категории наблюдателя в категорию наблюдаемого - самый большой подвиг, на который способен человек, и самое высшее проявление его свободы и его разума.
В Евангелии этот шаг символически назван оскоплением себя перед Богом. Иногда глупые и нетерпеливые люди пытаются подменить его физической кастрацией. Какого же низкого мнения нужно быть о Боге, чтобы полагать, что Его милость можно обрести, кастрировав себя? Религиозные фанатики, отключившие свой разум, не многим лучше скопцов. Одни отрезают свою плоть, другие ампутируют разум. Но и те, и другие всего лишь искусственным образом подавляют в себе инстинкт доминирования, подменяя этим актом реальную трансформацию, которая должна произойти в душе.
Предоставленная нам свобода воли в конце концов сводится к этому выбору: как и кем ощущать себя - драштой или дришьей, созерцателем или созерцаемым, надзирателем или надзираемым. И выбор этот мы делаем не единожды, не только в тот миг, когда становимся на духовный путь, а ежеминутно, практически каждое мгновение своей жизни.
Спасение души, то есть переход ее в новое качество не есть некий мистический фокус-покус или результат некоего одного поступка (каким бы глубоким символическим смыслом этот поступок ни наполнялся). Упование на чудо (не путать с упованием на милость Бога) и упование на мистическую силу некоего обряда в равной степени заставляют человека отключать Богом данный разум и превращают его в тупого фанатика. Спасение души, приходящее по милости Бога, тем не менее подразумевает напряженную внутреннюю работу, долженствующую подготовить наше сердце к восприятию этой милости, и нашим инструментом в этой работе является разум, источник свободы. Поэтому в самом начале "Бхагавад-Гиты" Кришна прославляет буддхи-йогу, йогу разума.
Правильно пользоваться данным нам разумом - значит научиться инстинктивно и безошибочно верно делать правильный выбор, отказавшись от соблазна снова возомнить себя созерцателем и позволив Кришне созерцать себя, представшего перед Ним. Именно поэтому каждый день мы приходим на даршан, даршан к Кришне.
|
Болею. Грипп. Совсем недавно поймал себя на дурацкой мысли о том, что теперь я никогда не заболею гриппом. Это, мол, удел людей нечистых или тех, кто не занимается йогой. Нам такие пустяки не страшны. На следующий день уже болело горло, а вчера еле волочил ноги.
Сегодня сижу и уныло размышляю над бесконечностью человеческого невежества.
Патанджали в йога-сутрах (2.33-34) дает практический совет: "Как только появилась мысль, противоречащая принципам йоги, ее следует тотчас нейтрализовать противоположной. Мысли, противоречащие принципам йоги, - это мысли, направленные на причинение боли или вреда какому-то живому существу, мысли, связанные с желанием обмануть, украсть, нарушить целомудрие, или продиктованные жадностью. Мысли эти неизменно приводят к страданиям, и потому их нужно нейтрализовывать противоположными". В конце концов, за всеми этими мыслями и желаниями стоит гордыня, а гордыня сама вырастает на жирном черноземе невежества (авидья-кшетре). Кришна дал возможность убедиться в этом еще раз: любая глупость, прорастая даже в форме мысли, ведет к страданиям.
Но возможна ли такая тотальная цензура мыслей? Наверное, возможна. Иначе бы Патанджали не советовал ее. Без такой цензуры немыслимо соблюдение пяти ниям: ахимсы, сатьи, астеи, брахмачарьи и апариграхи. Потому что ахимса - это не просто вегетарианская диета. Гитлер тоже, говорят, был вегетарианцем. Ахимса - это непричинение боли даже в мыслях. Целомудрие - это не просто натужные попытки отказаться от грубого секса, а полное отсутствие даже мыслей о нем любимом. Пожар нужно тушить сразу, пока он разгорелся. Маленькая мысль может быть легко побеждена, но стоит дать ей вырасти и захватить целиком наше сердце, и будет уже слишком поздно.
Легче всего отмахнуться от всего этого - не наш, мол, путь. Йогой в этот век заниматься невозможно. А чем же ты тогда занимаешься, дорогой? Эта само-цензура, по сути дела, то же самое, что покаяние в христианстве. О том же поет Бхактивинода Тхакур: в сердце моем нет ничего хорошего, только жадность и гнев, только зависть и черная гордыня.
|
Жила-была на свете яблоня. И каждый день приходил к ней один мальчик. Мальчик этот подолгу играл рядом с ней, взбирался на ее вершину, пробовал яблоки и дремал под ее сенью. Так счастливо проходило время. Но мальчик чуть подрос и перестал приходить к яблоне.
Яблоня загрустила.
Однажды мальчик появился вновь. Он выглядел задумчивым.
Яблоня обрадовалась. «Давай поиграем», - обратилась она к мальчику. Но мальчик ответил: «Я уже большой. Мне нужны другие игрушки, но у меня нет денег, чтобы купить их».
«Увы», - отвечала яблоня, - «У меня нет денег, но есть яблоки. Ты можешь продать их на рынке и выручить деньги на игрушки».
Мальчик обрадовался, нарвал яблок, сколько можно было, и, весело подпрыгивая, убежал прочь.
Назад он возвратился не скоро.
«Где ты был так долго?», - воскликнула яблоня. – «Давай будем играть!».
Но мальчик лишь покачал головой: «Мне сейчас не до игр. Мне надо строить дом для своей семьи».
«Увы», - отвечала яблоня, - «у меня нет дома, но ты можешь обрубить мои ветви и построить из них приличную хижину».
Мальчик так и сделал. Он срубил ветви, взвалил на плечи и понес строить дом для своей семьи.
Время шло. И вот снова мальчик пришел к яблоне.
«Где ты скитался?», - спросила она мальчика.
«Я очень устал», - отвечал мальчик. – «Мне нужно отдохнуть, отправиться в путешествия по морям-океанам. Нет ли у тебя лодки?»
«Увы», - отвечала яблоня. – «Лодки у меня нет. Но, срубив мой ствол, ты сможешь выдолбить довольно прочную шлюпку».
Мальчик срубил яблоню, выдолбил шлюпку и долго скитался по морским просторам.
Наконец, после долгих лет странствий, он вновь вернулся к яблоне.
«Прости меня, мой мальчик», - сказала яблоня. – «Но у меня больше нет яблок, чтобы угостить тебя».
«А у меня нет зубов, чтобы грызть их», - с улыбкой отозвался мальчик.
«У меня нет больше ствола и ветвей, по которым ты мог бы лазать», - грустно продолжала яблоня.
«А я и не могу больше лазать по деревьям», - еще более грустно ответил мальчик. – «Я просто хочу где-нибудь сесть и отдохнуть».
«Мои корни – это все, что осталось. Садись, облокотись на них, отдохни», - сказала яблоня, и в глазах ее стояли слезы.
Мальчик сел. Они вновь были вместе – мальчик и яблоня. Как в добрые старые времена.
* * *
Мы обращаемся к Богу только тогда, когда нам что-нибудь нужно. Но, невзирая на наш эгоизм, Господь всегда рад помочь нам. И, подобно мальчику из этой истории, мы обращаемся с Богом, как с чем-то обыденным, не подозревая о подлинной ценности общения с Ним.
|
Один человек прославился тем, что докатился в прямом смысле этого слова до знаменитого храма Деви на севере Индии. Этот случай увековечен в книге рекордов Гиннеса.
Всем хочется путешествовать. Об этом еще Пушкин хорошо сказал:
"Им овладело беспокойство
Охота к перемене мест
Весьма мучительное свойство..."
Бхактивинода Тхакур, вторя Нароттаму дасу Тхакуру, говорит, что паломничество, вызванное беспокойством ума, по сути своей не принесет ничего хорошего. Настоящим смыслом паломничества является встреча с преданными Господа.
Сам Господь говорит:
"Если ты думаешь, что я на Вайкунтхе - ты ошибаешься. Если ты думаешь, что я в сердце йога - ты тоже ошибаешься. Я там, где мои преданные прославляют меня с чистым сердцем".
Бхактивинода Тхакур говорит, что, как только преданные собираются вместе, то туда же приходит и Кришна. И вместе с Кришной приходят река Ямуна, холм Говардхан и лес Вриндавана...
|
15:05 Два монаха - Притча
Отказ от мирских желаний, с одной стороны, сразу приносит успокоение и мир в сердце, а с другой, как это ни парадоксально, приводит к их исполнению. Как говорит Прахлада Махараджа, стать счастливым очень легко, для этого просто нужно перестать домогаться счастья.
* * *
Два монаха-странника встретились как-то на постоялом дворе и решили продолжать свой путь вместе. Один все время копил что-то про запас, другой проповедовал отречение и не имел с собой ни гроша. Спор о том, как правильнее жить на этом свете, помогал им коротать долгую дорогу, ибо никогда не кончался: каждый день приносил каждому из них новые и новые доказательства их правоты.
Однажды, привычно обсуждая, разумно ли отрекаться и можно ли выжить в этом мире, не имея ничего, дошли они до реки. Вечерело, зябкая сырость, идущая от реки, пробирала до костей. На другом берегу мигала огнями деревня, но на этом не было даже деревца, чтобы укрыться от ветра.
Тот, который не имел никаких денег, сказал: «Видно, Господь хочет, чтобы заночевали на берегу. Останемся здесь. Не нужно никуда переправляться. У нас все равно нет денег для лодочника. Будем всю ночь петь и говорить о Боге, а наутро снова отправимся в путь. Глядишь, найдем, где переправиться» «Нет, – возразил другой. – У меня припасены деньги. Здесь мы замерзнем или нас съедят волки. А на другом берегу можно будет попроситься на ночлег. Кричи лодочника».
Они переправились, устроились на ночлег. Перед сном запасливый монах больше не мог сдерживаться. Не скрывая своего торжества, он заговорил: «Теперь ты понял всю бессмысленность своего фанатичного отречения? Если бы я был таким же глупцом, как ты, то мы оба замерзли бы на том берегу. Только потому, что я запасся деньгами, наши жизни были спасены. Обещай мне, что отныне ты больше никогда не будешь проповедовать бессмысленное отречение».
Ничуть не смутившись, его товарищ возразил ему: «Друг мой, спасли нас вовсе не твои деньги, а только отречение. Сам подумай, если бы ты не отрекся от своих денег и не отдал их лодочнику, что бы с нами было? И к тому же, у тебя были деньги, и ты здесь. У меня не было денег, и я тоже здесь. Сам Бог сделал твой карман моим. Я никогда ни в чем не знаю нужды. Все, что мне нужно, Бог мне дает, а если чего-то не дает, то значит и не нужно».
|
10:43 Притча о забывчивом львенке
Однажды львица на сносях, охотившись на коз, внезапно разродилась и испустила дух. Козы подобрали новорожденного львенка и стали заботиться о нем. Со временем львенок научился щипать травку и блеять тоненьким голосочком.
Прошло время, и львенок подрос, превратился в молодого льва. Но по-прежнему он продолжал щипать травку и переговариваться со своими "сводными" собратьями на козьем языке. Как-то раз на их стадо напал настоящий лев. Козы побежали, и наш львенок вместе с ними. Увидев своего кровного сородича, который, поджав хвост, убегал вместе с козами, лев немало удивился. Он нагнал львенка, преградил ему путь и спросил: "Что ты делаешь здесь? Ты ведь лев!". На что львенок ответил: "Нет, я не лев. Я - коза. Я щиплю травку и блею. Вот погляди!", и с этими словами львенок заблеял. Лев не мог поверить своим глазам и ушам: "Нет! Ты - лев. И ты должен рычать!", - воскликнул лев и свирепо зарычал. Львенок прислушался, и что-то зашевелилось в его сердце. Потихоньку он стал узнавать что-то родное в рыке льва. Вскоре он сам научился рычать и вернулся домой, в львиную семью.
Смысл этой притчи в том, что душа, будучи вечной и радостной по природе, забыла об этом и потому по ошибке считает материальный мир своим настоящим домом. Голос святого или посланца духовного мира пробуждает давно забытые чувства в нашем сердце, и мы постепенно вспоминаем, откуда мы пришли и где наш истинный дом...
|
11:38 Вчера меня спросили...
Вчера меня спросили: "Как вообще дела? Что нового? Как проект?", и мне почему-то вспомнились строчки Пастернака:
О, знал бы я, что так бывает,
Когда пускался на дебют,
Что строчки с кровью — убивают,
Нахлынут горлом и убьют!
От шуток с этой подоплекой
Я б отказался наотрез.
Начало было так далеко,
Так робок первый интерес.
***
|
Счастье приходит оттого, что душа соприкасается с душой. Почему в этом мире семья является идеалом счастья? Потому что одна душа постоянно соприкасается с другой душой. Они хотят стать ближе. Просто их понимание близости принимает некие извращенные формы. Душа хочет контакта с другой душой. Когда человек, у которого нет никого из близких, уходит на пенсию, он заводит собаку или кошку. Зачем ему нужна кошка? Чтобы она лежала у него на коленях и мурлыкала. Она мурлычет и душа у него начинает мурлыкать, сердце радуется, потому что одна душа рядом с другой душой.
В «Брихадараньяка-Упанишад» объясняется, почему золото представляет источник счастья. Почему именно золото избранно символом богатства? У золота есть особое качество – оно блестит. Золото отражает свет. В «Брихадараньяка-Упанишад» говорится, что золото ценно не само по себе, а тем, что человек вложил в него определенное сознание. В нем есть отблеск сознания. Оно блестит, потому что там есть атман, дух. Человек вкладывает туда дух. Почему жена нам близка? Не потому что она красивая, а потому что у нее есть душа. Почему человеку нужны дети, жена, друг, подруга? Потому что в них есть дух. Душе нужен дух. На самом деле душа, каким бы количеством материальных вещей она ни обладала, никогда не будет удовлетворена. Сколько бы у нее ни было этой материальной грязи, будь она желтая, блестящая грязь или черная, не блестящая грязь, это все равно грязь, «…потому что грязь есть грязь, в какой ты цвет ее не крась». Душа просто путает, она одушевляет предметы, которые находятся вокруг нее, она одушевляет свою машину, свой дом, и все остальное. Ей кажется, что она находится в счастье.
На самом деле истинное счастье мы можем получить только от другой души. В конечном счете, самое большое счастье мы можем получить от высшей души, от абсолютной души, от безграничной души. Если все счастье, которое мы получаем здесь, исходит от маленькой крохотной искорки, которая садится к нам на колени, бормочет что-то, и мы думаем: «О, какое счастье», то представьте себе, сколько счастья мы испытаем, если это будет Кришна, дух, не имеющий границ. На самом деле каждый человек ищет дух, каждая душа ищет дух. Источником счастья является дух. Брахма сукхам приштам, мы соприкасаемся с этим счастьем, которое заложено в духе, потому что дух по природе своей исполнен счастья, ананды. Высшая природа духа заключается в том, что в нем есть ананда. Почему люди так любят детей? Потому что дети всегда счастливы, у детей есть способность быть счастливым в любых обстоятельствах. Они еще не слишком озабочены своими материальными желаниями. Те, у кого много материальных желаний – смурные. И наоборот, человек, у которого нет материльных желаний, счастливый. Когда я рядом с человеком, у которого счастье исходит из души или из сердца, я сам приобщаюсь к этому счастью. Буду ли я счастлив рядом со своей женой, которая все время ворчит? Не буду. Я счастлив рядом с тем, кто счастлив. Поэтому люди стремятся к общению с садху, потому что садху должен быть счастливым.
Счастье исходит от счастья. Человек заражается счастьем, а источником счастья является душа. По природе своей душа исполнена счастья. Поэтому человек должен стремиться к тому, чтобы быть ближе к духу, а не к чему-то еще. В «Бхагавад-гите» говорится: брахма-бхута прасаннатма на шочати на канкшати, когда человек достигает состояния брахма-бхуты, когда он умом своим соприкоснулся с духом, и ум больше не мешает, в уме больше нет этой свистопляски материальных желаний, человек становится счастливым. Потому что дух по природе своей исполнен счастья.
|
|
