Я наконец это сделала: много мыслей по поводу фильма
Придётся долго поискать, чтобы найти человека, который так не любит фильмы о войне, как не люблю их я. Но - у каждого правила есть исключение, и такая своего рода "эксклюзивность" вызывает ещё больший интерес к этому самому исключению. Думаю, нет смысла пояснять, о каком фильме пойдёт речь, как и пересказывать сюжет, да и вообще писать рецензию в прямом смысле этого слова. Это – скорее поток сознания. Правда, я не знаю, как начать и что из этого выйдет, хотя – с какой стороны ни надкуси, вкус останется прежним… Тем не менее.

Merry Christmas Mr Lawrence - в первую очередь, фильм о любви и чести, о такой любви, в которой, казалось бы, полностью теряешь контроль над происходящем, но и о такой чести, которая, в конце концов, одерживает верх даже над самой безудержной страстью. Война – только условия, в которую Осима поставил своих героев, чтобы усилить эффект, а столкновение Востока и Запада – фон, на котором развивается история. В какой-то рецензии, честно говоря, не помню, где и когда её читала, встретила мысль, что в фильме сошлись два самурая – восточный и западный. Не могу не согласиться. Йонои и Селльерса однозначно тянет друг к другу, но ряд принципов мешает их отношениям. Таким образом, перед нами развивается классическая японская драма, в центре которой - вечный внутренний конфликт самурая: спор между любовью и долгом.

Йонои полностью осознаёт абсурдность происходящего и возможные губительные последствия, но мне кажется, что внутри он всё же сдался и готов был на всё. Я не знаю, с чем это сравнить – вроде как ртуть, заключённая в твёрдый металл. По сути, на протяжении всего фильма они танцевали вокруг друг друга, один – из-за своих принципов, а второй – из-за уважения к принципам другого. На этом держались их своеобразные отношения. Мне всё же кажется, что близости не было, потому что я уверена в том, что Йонои не переступил через свои принципы, ну или хочу быть уверена. Селльерс был вполне готов пойти дальше, но не делал этого, потому что понимал, что этим он раздавит Йонои. С одной стороны, познав «запретный плод», комендант снял бы растущее напряжение, с другой – практически сразу за этим последовала бы стадия раскаяния, своеобразное «похмелье», и ничем хорошим это бы в любом случае не кончилось. Осознавая это, англичанин держал дистанцию, в то же время – был при этом на самой грани, потому что влечение было очень сильным. Но ничто не может продолжаться вечно, ситуация должна была как-то разрешиться.

Мне кажется, что рядом с Селльерсом Йонои просто таял, из-за маски жестокого командира выглядывал маленький мальчик, восхищённый чем-то таким прекрасным и в то же время удивительным (кто-то здесь уже высказывал подобное), и как раз таки за это он люто ненавидел себя и Селльерса. Пленный, в свою очередь, был вполне готов пойти дальше, но видел состояние Йонои и понимал возможные последствия, таким образом, он воплощал высшую форму любви и преданности – отказывался от чего-то столь желанного, думая о чести другого человека. Именно поэтому я думаю, что ничего не было: всё вполне могло произойти, но в данной ситуации отсутствие близости куда более значительно, чем её наличие. Стоило Селльерсу зайти чуть дальше, от Йонои бы мокрого места не осталось, но он всё же не переступал эту грань, не переступал, потому что любил японца и уважал его чувства.

Йонои чувствовал, что напряжение в лагере растёт, его авторитет падает (скорее, ему это представлялось в куда более преувеличенной форме), необходима срочная разрядка, к которой мы в итоге и приходим – сцена на плацу. Если Селльерс – мученик, то Йонои выступает в роли своеобразного «адвоката дьявола», человека, который должен карать невинных и оправдывать жестокость высокими мотивами. Таким образом, мы приходим к конечной точке: либо верх возьмёт Йонои и его принципы, либо Селльерс и его любовь к людям и справедливости. Оба осознают последствия: Йонои знает, что, поступив «как должен», он поступит неправильно с чисто человеческой точки зрения, он упадёт в глазах Селльерса. Тот, в свою очередь, понимает, что, сделав то, что считает нужным, он раздавит Йонои. Оба не хотят этого и ждут чего-то друг от друга. В итоге, к решительным действиям приступает Селльерс, только вряд ли Йонои думал, что он поступит именно так (но наверняка верил, что Джек обязательно что-то придумает).

Я думаю, после поцелуев Йонои падает на руки солдат не потому, что он прилюдно опозорен, но потому, что Селльерс его предал. Он нарушил негласный договор, согласно которому они держали дистанцию. В то же время, комендант понимал, что Селльерс просто не мог поступить по-другому. Это сделало его ещё более привлекательным, вывело чувства на иной уровень, ведь британец остался верен своим принципам, даже когда ему пришлось переступить через свои чувства и пожертвовать тем, кого он любит. То есть, с одной стороны, Йонои-мужчина, Йонои-человек понимает, что его предали, и изнемогает от боли, обречённости, бессилия, а с другой, Йонои-солдат, Йонои-самурай восхищён ещё больше стойкостью другого, западного самурая.

Мне кажется, что Селльерс навсегда остался мучеником и недостижимым идеалом в глазах Йонои. Он совершил практически невозможное: за такой короткий срок из заведомо презираемого комендантом существа превратился в полубожество, символ всего того, что для Йонои так дорого. В то же время, при этом он остаётся и своего рода демоном-искусителем, тем, кто, в конечном счёте, погубил-таки Йонои. Две противоположности сходятся в одном человеке, и это делает его ещё более загадочным и притягательным для японца. Он так и не разгадал Селльерса до конца, у него просто не было времени. Его хватило только, чтобы отрезать прядь волос.